Почему в церкви тянет в сон

Сны
Содержание

Почему в храме хочется спать?

Вопрос читателя:

Здравствуйте. Хотелось бы узнать Ваше мнение. Почему, когда я прихожу в церковь, мне всегда хочется там спать? Невозможно стоять службу. Но при этом мне там хорошо, мне не хочется уходить, легла бы там, и всё. Начинается зевота, глаза закрываются, из-за этого, постояв немного, ухожу домой.

Отвечает протоиерей Андрей Ефанов:

Добрый день! Уважаемая Виктория, то, о чем Вы пишете, встречается, но это не настолько типично, чтобы был общий для всех людей ответ на вопрос «Почему мне хочется спасть в храме?». Я могу написать некоторые соображения, а Вы смотрите, что из этого может вам подойти.

Первое, о чем я подумал, – что в храме Вы находите мир и успокоение, которых нет в Вашей жизни. Если человек живет в постоянно стрессе, много работает, но не умеет отдыхать, то, оказавшись там, где ему спокойно, он расслабляется, и его организм начинает одолевать приятная дремота. Хочется остаться там, где хорошо, и в спокойствии и безопасности поспать. Если это описание подходит для Вас, подумайте, что можно изменить в Вашем ритме жизни и домашней обстановке, чтобы Вы могли отдохнуть, переключиться, например, с умственной активности на физическую, чтобы у организма были передышки.

Второе – возможно, Вам в храме очень хорошо, но Вы не включаетесь в богослужение. То есть в целом Вам все нравится, но Вы не участвуете в процессе.

Об этом можете почитать вот в этом материале: Литургия: общее действие

Это неправильно, мирянин в храме – это не зритель в театре, он соучастник богослужения. Тут выход тоже есть: надо купить тексты служб в церковной лавке или найти их в сети и следить за богослужением по тексту, при этом стараться ни на мгновение не отвлекаться от происходящего и молиться. Если текстов в какой-то день с собой не окажется, молиться на службе короткой молитвой «Господи, помилуй!», и тем самым участвовать в процессе.

Также надо Вам разобраться в ходе службы и значении каждой из ее частей. Начните читать про литургию (как самое главное богослужение) или, может быть, вечерню (она самая короткая). разберитесь, что такое часы, когда их читают и почему они состоят из определенных текстов, вчитайтесь в эти тексты, посмотрите толкования непонятных мест. Одним словом, надо повысить осознанность участия в службе.

Некоторые тексты можно посмотреть на нашем сайте:

Может быть, в храме в какой-то момент очень жарко. Тут можно встать у окна, выйти на время в притвор или посидеть на скамейке. Ничего страшного в том, что Вы посидите, нет! Святитель Филарет Московский говорил, что лучше, сидя, думать о молитве, чем, стоя, думать о ногах!

Возможно, сон – это искушение для Вас, испытание, которое надо пройти. Сделайте эксперимент: посидите какое-то время, активно слушая службу и молясь. Бывает, что после такого сон проходит, и человек может спокойно вернуться к участию в службе.

Что я категорически не рекомендую – так это сразу идти домой. Получается, что в итоге Вы просто службы теряете, и все. А как же причащаться, если, например, Вам приходится уйти с середины литургии? Не надо уходить, пересмотрите режим своих дней и попробуйте поэкспериментировать с тем, как и в каком состоянии Вы участвуете в богослужении.

Архив всех вопросов можно найти здесь. Если вы не нашли интересующего вас вопроса, его всегда можно задать на нашем сайте.

Источник

Почему в церкви тянет в сон

На вопросы читателей «Прихожанина» отвечает эконом Данилова ставропигиального мужского монастыря, игумен Иннокентий (Ольховой)

Валентина:
– После Причастия, а иногда и после Литургии, очень хочется спать. Прихожу домой и сразу на 2-3 часа падаю замертво в постель – пока не разбудят. Спросила у батюшки, он сказал, ничего страшного. Но где-то пишут, что так делать нельзя. Как быть?

Отец Иннокентий:
–Прямого запрета на сон после Причастия нет. Но некоторые духовники не советуют спать потому, что засыпая, мы в некотором смысле обкрадываем себя. К тому же, во сне человек беззащитен, и враг этим пользуется. Именно поэтому подвижники старались меньше спать, чтобы в своей духовной борьбе быть во всеоружии. Так что, если есть силы и возможность, лучше не спать, а заняться каким-нибудь духовным деланием. Но если совсем нет сил, и человек падает с ног, то, повторюсь еще раз – запрета на это нет.

Читайте также:  Видеть во сне детей беспризорников

Светлана:
– Мой 10-летний сын начал воровать: сначала предметы, теперь деньги. Каким святым молиться? Есть ли специальные молитвы на такие случаи? Спасибо.

Отец Иннокентий:
– Можно и нужно молиться святителю Николаю Чудотворцу. Это святой, который очень глубоко знает наши слабости. Настолько, что в житии описан случай, как он помог одному вору чудесным образом скрыться от преследования: предвидя, что тот после раскается и изменится. Святитель Николай имеет великое дерзновение перед Богом. Может быть, Ваше сердце подскажет молиться кому-нибудь еще.

Татьяна:
– Пришли на кладбище к дедушке и бабушке и увидели, что между холмиками на земле рассыпана мелочь – явно специально. Что это может значить? Мы откровенно испугались, так как в последнее время семья переживает сложный период. С уважением.

Отец Иннокентий:
– Это какие-то языческие привычки и традиции. Из разряда тех, когда деньги кладут в гроб, чтобы усопший на том свете «рассчитался» за что-то. Это суеверия, а на то, что «всуе» – не нужно обращать внимания.

Нина:
– Будет ли грехом выложить могилу мамы керамической плиткой, так как с каждым годом все труднее бороться с крупными сорняками. Смущает, что мама перед смертью просила «не душить» ее тяжелыми памятниками, так как болела астмой.

Отец Иннокентий:
– Праху земному, лежащему в могиле, все равно, какого размера памятник. Другое дело, что могилу, конечно, надо содержать в порядке – это один из способов, которым мы воздаем почести умершим. Керамическая плитка это не тяжелый памятник, и ее легко убирать. Могилы монахов тоже покрывают плиткой.

Андрей:
– Можно ли в двунадесятые праздники читать канон об усопшем, служить панихиду и литию, если о смерти человека узнали уже в середине дня?

Елена:
– Подскажите, пожалуйста, есть ли мужские монастыри, где могут вылечить от алкоголизма? Платная это помощь или бесплатная? Моего брата не пронимают ни беседы, ни уговоры. Может быть, это последствия приворотов – я точно знаю о двух…

Наталья:
– Здравствуйте. Я рассталась с мужем, но при переезде из Узбекистана в Россию, потеряла документы о Венчании. Как мне развестись? Не могу больше так жить – нет ни личной жизни, ни детей.

Отец Иннокентий:
– Суть Венчания не в документах, а в том, что Таинство было совершено. Если Вы в Москве Вам нужно обратиться в Московское епархиальное управление, которое находится по адресу Чистый переулок, дом 5. Там в будние дни и в рабочее время дежурят священники, которые, исходя из вашей ситуации, дадут более точные советы.

Екатерина:
– В Москве почти невозможно быть в тишине. Даже дома вечером, когда хочется сосредоточиться, слышны звуки с улицы: машины и разговоры людей, от которых никуда не деться. Очень раздражает.

Отец Иннокентий:
– Надо стараться принимать все, как есть. Один старец жил в Египетской пустыне рядом с болотом, где очень шумел тростник и все время пели птицы, мешая сосредоточиться. Терпеть было невозможно, и он решил уйти. Но потом подумал: вот, попаду я в ад, скорбей так будет еще больше, терпеть придется еще больше, а я тут уже от такой малости сдаюсь. И остался на месте спасаться. Нам в жизни на самом-то деле дается потерпеть не так уж много. И во всем, что происходит, есть духовная составляющая – все промыслительно. Понимание этого очень помогает.

Если Вы хотите, чтобы на Ваши вопросы ответил насельник Данилова монастыря, пишите «Прихожанину» в рубрику «Спросить у священника».

Источник

Почему ты встаешь и идешь в церковь, хотя так хочется поспать подольше

Какое счастье, что ты пришел

Архимандрит Андрей Конанос

Знаете, что всегда радует мою душу? Когда утром в воскресенье, по дороге в храм, я встречаю на автобусной остановке людей, которые также едут в церковь. Их всегда немного – ведь это очень ранний час, шесть утра, воскресенье… Особенно отрадно встречать их зимой, когда холодно.

А еще всегда радостно, когда люди заходят в храм поставить свечку. Когда я, повернувшись к молящимся в раскрытых Царских вратах, говорю «Мир всем!» и в этот момент вижу, как двери храма также открываются и входит человек, берет свечку, зажигает ее перед иконой, вознося молитву.

И еще – когда человек подходит взять просфору.

Для чего все это я говорю сейчас?

Помню, одному человеку, пришедшему на службу, я так и сказал:

– Какое счастье, что ты пришел! Так радостно видеть твою ревность, твое усердие, смирение и подвиг!

Читайте также:  Видеть во сне помолодевшую маму

Ведь это на самом деле труд и подвиг – когда жертвуешь своим комфортом, уютной теплой постелью (а летом наоборот – прохладой кондиционера), чтобы пойти в храм.

А этот человек сказал мне в ответ:

– Что вы, отче! Я столько грешу и никак не могу исправиться! Вы же знаете!

– Но это твоя борьба, – ответил я. – Усилие, которое ты делаешь над собой – это твоя десятина, твоя жертва.

Действительно: ты встаешь и идешь в церковь, хотя так хочется поспать подольше; или невзирая на летний зной, когда вообще невозможно ни о чем думать. А может быть, накануне ты поздно лег – но тем не менее все равно встаешь и идешь в храм. Это – твоя жертва, и она очень значима, очень ценна.

С этого момента решение вопроса о твоем спасении целиком в руках Бога. И Он непременно дарует тебе эту возможность и пошлет благодать и силы для дальнейшей борьбы, для смирения. Он даст возможность измениться, избавиться от страстей, терзающих тебя; Он снимет все твое напряжение, поможет перестать ругаться и больше любить. Когда? Он знает, когда. Мне это неизвестно. Может быть, уже сегодня, может быть – завтра или через несколько дней, месяцев… Бог знает.

Но то, что ты делаешь, твои поступки – это очень важно. Это твоя борьба, твой подвиг, и ты здесь соработник Бога.

«Господи, я тоже вношу свою лепту в великий замысел спасения моей души. У меня нет ничего особенного, у меня вообще ничего нет. Я могу дать Тебе только свое благое намерение, благое произволение и – немного усердия. Только это».

Фото: Гурий Балаянц

Снова и снова возвращайся к Богу в объятия

Святые мученики отдавали за Христа свое тело. Их убивали, мучили – отрубали руки, ноги, бросали в огонь, негашеную известь, резали, вешали… Тысячи пыток! В те времена такое практиковалось. И Господь попускал такие страдания, кровь и слезы…

Мы сегодня другие христиане, гораздо менее серьезные. Но и сегодня Господь смотрит на наш труд. Сегодня Он не призывает нас проливать за Него кровь (по крайней мере, пока – не знаю, что будет потом). Сейчас Богу не нужно от нас что-то исключительное, чрезмерное и героическое, как бывало, когда люди отдавали за Него жизнь.

Ему нужно совсем немного. И я вижу, что вы даете Ему это. Прекрасно, молодцы! Потому я и не ругаю вас на исповеди – просто не могу! Ведь одно дело, когда человек грешит, а другое – когда не хочет прилагать даже малейших усилий. Грех свойственен всем людям. Но если при этом нет усердия – это действительно проблема.

А вы стараетесь. И старайтесь дальше! Прилагайте усилия. Появляется искушение – борись. Старайся, напрягайся, двигайся вперед, борись – а не соглашайся с легкостью на грех. Поборись немного!

Пусть в итоге ты не сдержишься, пусть не справишься, начнешь кричать, ругаться и нервничать – все это можно понять.

Но продолжай пытаться – снова и снова. Снова и снова возвращайся к Богу в объятия, и Он скажет тебе: «Я опять прощаю Тебя! Опять забываю, опять люблю, опять помогаю стать лучше. Мне достаточно видеть, что ты стараешься, прилагаешь усилия. Пусть и чуть-чуть».

Но если даже чуть-чуть стараться не выходит – как же быть?

Если ты не подчинишь свое «я», то начнешь сам ему подчиняться

Расскажу вам одну историю из Патерика. Читаете Патерик?

Один человек пришел к Антонию Великому за советом: как лучше подвизаться. И святой сказал в ответ:

– Пусть твоим подвигом будут такие-то молитвы – в такое-то время суток.

– Не можешь? Хорошо, тогда каждый день читай Евангелие.

– Ну, тогда делай по два-три поклона.

– Но это очень трудно, у меня больная спина!

– Тогда подавай милостыню.

И тут святой Антоний сказал монаху, находившемуся поблизости:

– Свари этому человеку каши, он болен!

Не можешь того, не можешь этого… Что ты вообще можешь? Ты болен, дорогой мой? Говорю тебе одно – это трудно, говорю другое – невозможно.

Я не требую от тебя подвигов. Не настаиваю, чтобы ты ехал на Афон и жил там, подвизался пятьсот дней в году. Там редко когда едят растительное масло, по нескольку дней вообще воздерживаются от пищи или едят раз в день; постоянно кладут поклоны – а Великим постом и вдвое больше. А ты – что ты делаешь? Ходишь в храм?

Я начал с этого, потому что ходить в храм легче всего. Вложи свою частичку подвига, делай хоть что-то – понемножку.

Никто не упрекает тебя в том, что ты не совершаешь ничего великого или сложного. Но пусть Господь видит, сын мой, хотя бы твое расположение, благое произволение, хотя бы немного любочестия с твоей стороны!

Как учил старец Паисий: «Немного любочестия, дитя мое!»

Читайте также:  Если во сне снится много золота

Покажи хоть что-то. Перестань постоянно себя оправдывать: «Не могу, не успеваю…» Хорошо, сегодня не смог. А когда сможешь? В следующее воскресенье сможешь? «Ну, не знаю, может быть». Ты понимаешь, что на самом деле тебе просто не хочется делать над собой усилие? Но если ты не подчинишь себе свое «я», то начнешь сам ему подчиняться. И когда это произойдет, тебе будет очень тяжело, жизнь станет кошмаром, беды обрушатся на твою голову… Забудь свое «я», чтобы обрести Господа. Забудь, и тогда непременно снова найдешь его – знаешь, где? В объятиях Бога. Нравится такая мысль? Я «украл» ее у старца Паисия. Если забудешь свое «я», то найдешь его в объятиях Христа.

Забудь свое «я», и тогда обретешь его в любви Христовой. Вся твоя жизнь изменится. Перестань думать целыми днями о себе – так ты распускаешь себя. Ты боишься малейшего дискомфорта, малейшего затруднения – боишься не выспаться, устать, замерзнуть… Постой, но ведь впереди – столько счастья! Бог дарует нам рай! Дарует – значит, что бы ты ни делал, награда все равно достается даром. Но нужно хотя бы протянуть руки навстречу дарам Господа. Твой подвиг состоит именно в этом – распахнуть объятия, чтобы дать Богу возможность одарить тебя.

Если человек все равно падает, не нужно его «добивать»

Помните, мы говорили, что наша передача – как для тех, кто живет в подвиге, так и для тех, кто нет. Нас слушают и новоначальные, кто только вступил на этот путь, и те, кто постоянно подвизается. Однако подвижникам следует еще больше подвизаться – чтобы иметь смирение среди своих многочисленных подвигов. Для этого необходимо добавить еще один подвиг, а именно: молиться за тех, кто не подвизается.

Представляете, какое этот смирение – бодрствовать, молясь, к примеру, о тех, кого мучает бессонница, кто не может заснуть! И при этом не завидовать тем, кто уже спит, а говорить: «Господи, я бодрствую, молясь Тебе – по два, три часа ночью, – но прошу Тебя: даруй спокойный, мирный, сладкий сон тем, кто сейчас хочет заснуть и не может». Это великий подвиг – подвизаться, но с любовью к другим. Так в подвиге будет любовь и единство со всеми, а не самодовольное чувство собственной уникальности, когда человек думает: «Я не такой, как все! Я особенный – а может быть, и вообще уже слегка святой…»

Как правильно относились к подвигу святые отцы! У них была огромная любовь, смирение и простота по отношению к другим. Например, авва Пимен, столп подвижничества. Его молитва была поистине огненной. Когда он воздевал руки, люди видели, как его пальцы превращаются в языки пламени, излучая свет. Все его тело принадлежало молитве. Огненной молитве! И вот однажды, когда авва Пимен присел немного отдохнуть, он увидел, что монах рядом вот-вот заснет. И святой не стал толкать, будить его («Просыпайся, ты же христианин! Просыпайся же!»), а положил его голову себе на плечо, а затем и на колени.

Знаешь, для чего? Чтобы уставшему монаху было удобнее спать. И после этого он начал молиться вдвое сильнее – за себя и за спящего. Красиво? Да. И добавить нечего. Это называется благость. Человек строг к себе и снисходителен к другим. Снисходителен не в том смысле, что призывает всех расслабиться, говоря: «Это не грех, ничего страшного, делайте что хотите, грешите спокойно». Я вовсе не это имею в виду. Думаю, вы понимаете, о чем я. Бывает, что люди понимают что-то неправильно – говоришь им одно, а они слышат другое. Но мне кажется, вы всё верно понимаете.

Именно потому я и говорил, что важно быть честным по отношению к себе. Честный не тот, кто говорит: «Аборт – это не грех! Прелюбодеяние – не грех! Куришь – ничего страшного!» Это не честность, а духовная расслабленность и стирание границ – когда нигде нет ничего плохого и все можно. Я так не говорю.

Я говорю, что если ты видишь, как человек, после всех стараний, все равно падает, не нужно его «добивать». Нужно показать любовь к нему, снисхождение, сострадание, понимание.

Это и есть настоящая аскеза, подвиг, приношение себя Церкви.

А мы что делаем? Ничего! Воздеваем руки и хвалимся: «Господи! Когда Ты оделял всех Своими дарами, мы не зевали, вот нам и повезло!» Сразу вспоминаю, как один ученик пожаловался мне:

– Когда Господь раздавал людям ум, я все прозевал!

– Неправда, – возразил я. – Ты ошибаешься. У каждого есть свои таланты, и каждый может добиться успеха. Ты тоже умный. Может быть, у тебя не получается решать сложные задачи, поэтому ты не станешь ученым, физиком, математиком, но аттестат получить ты сможешь. А затем поступишь в какой-нибудь вуз и успешно его окончишь. Найди в себе талант.

Перевод Елизаветы Терентьевой для портала «Православие и мир»

Источник

Оцените статью
Adblock
detector